Американская мечта

Гиламайкл работает водителем убера утром и вечером — днем он занят в своей автомастерской. Живет в Штатах уже 11 лет, приехал из Эритреи. Все это я узнал благодаря small talk.

Начали, как обычно, с разговора о погоде, потом быстро перешли на геополитику. Обсудили постколониальные войны, в которых Россия участвует слишком активно, не задумываясь о том, как автоматы Калашникова убивают людей в Африке.

После этого началось самое интересное: он рассказал, как именно попал в США. Лет 15 назад, вскоре после очередной войны на родине, он поехал работать в Судан. Оттуда компания отправила в Южную Африку, где он каким-то образом сделал местный паспорт. Затем та же немецкая компания предложила ему работать в Парагвае, но через год сократила.

В результате Гиламайкл оказался один в Южной Америке без возможности устроиться на работу, а возвращаться на родину ему совсем не хотелось. Как миллионы людей до и после него, он решил ехать в США и выбрал самый неочевидный способ: по суше.

Чуть ли не автостопом пересек весь континент — кажется, с южноафриканским паспортом ему не нужны были визы: из Парагвая в Боливию, потом в Бразилию, Венесуэлу, Колумбию, Гондурас, Гватемалу и, наконец, оказался на севере Мексики в центре для беженцев. Там ему выправили какую-то бумажку, с которой можно было остаться в Мексике, но он решил двигаться дальше.

Нашел контрабандиста, который за 1800 баксов переправил его через границу. Пара суток в пути — и он в Хьюстоне. Достает свой эритрейский паспорт и просит политическое убежище. Год жил там на птичьих правах, работал нелегально в русском ресторане («Потому что они тоже православные»), потом наконец легализовался и в итоге получил гражданство. Теперь управляет маленьким бизнесом и подрабатывает водителем. Американская мечта в действии.

Седьмое поколение

Ехал сегодня с каким-то совершенно прекрасным таксистом, услышал кучу смешных историй. Пересказать их, правда, не смогу, потому что ни один текст не передаст эмоций и артистизма этого москвича в седьмом поколении, которому предложили на днях пройти экзамен по русскому языку, на которого пьяные студентки жаловались из-за пахнущей спиртом незамерзайки и который мечтает украсть столб с часами, стоящий на Садовом кольце. Столб с часами!

Приколисты

Сегодня меня вез таксист, придумавший гениальный бизнес-план.

«Сели мы, значит, с тестем поприкалываться, — поделился он. — А мне тут как раз штраф пришел на полторы тысячи. Мы прикинули: ну, сколько водителей каждый день нарушают правила? Миллиона полтора, не меньше. И если каждый платит по полторы штуки, то получается… миллион? Нет, вру я что-то… Миллиард получается! Миллиард! В месяц! Нет, какой месяц — в день! Ну и тесть мой, приколист, говорит: вот бы поставить пару камер на въезде в нашу деревню и придумать какую-нибудь фигню, чтобы водители платили штрафы нам, а не государству. Вот заживем тогда!».

Кажется, мой таксист сформулировал главную национальную идею: придумать какую-нибудь фигню и собирать деньги вместо государства. Либертарианец за баранкой.

Последняя надежда

— Ночь вышла бестолковой, клиентов совсем не было, — пожаловался грузный минский таксист с одышкой и потрепанным лицом подручного главаря из фильмов про мафию. — Вот только одного мужика вез из аэропорта. Командировочный. Денег куча, бумажник вот такой вот толщины. Сначала, значит, ресторан, потом поехали с девочками знакомиться. Познакомился с одной, вон там на углу работает. Отвез их в гостиницу. Утром звонит: девочки нет, денег тоже нет. Все забрала, курва. Мужик ничего не помнит, ни примет ее, ни имени. Да и как запомнить, когда имена у них всех одинаковые — Анжела, Матильда, Роксана… Как выглядела девочка-то, спрашивают его менты, а он только мычит что-то в ответ. Ты, говорит он мне, моя последняя надежда. Ну я рассказал ментам про нее, хотя что там рассказывать: сапоги, юбка короткая, чтобы трусы было видно, как они только не мерзнут… Не найдут ее, конечно. Денег в бумажнике шибко много было. Если бы я был этой девочкой — не то, что я хотел бы ей быть, не подумайте — я бы после такой ночи два месяца на работе не появлялся. Вы же слышали, наверное, у нас в декабре рубль в полтора раза упал. То, что стоило сто тысяч, теперь стоит полтораста. Жалеешь, порой, что ты не такая девочка…

Тюлень

— А помните, у «Битлз» на альбоме «Клуб одиноких сердец…» этого, как его, «Сержанта», в общем, была песня «Я тюлень»? — неожиданно спросил меня пожилой таксист после традиционного монолога о бездушных роботах-навигаторах.

— Угу, — кивнул я, — помню.

— Я вот под конец рабочего дня чувствую себя как герой этой песни, — развил мысль таксист. — Я тюлень, ку-ку-ку-чу.

Битломан битломана видит издалека.

Футуролог за баранкой

— Ужас, сколько проводов, — пожаловался загорелый таксист средних лет в светлом пиджаке, разбирая многочисленные гаджеты на приборной панели. — И все нужны: навигатор, планшеты, антирадар. Эта коробочка вообще волшебная — заранее сообщает обо всех камерах и советует сбросить скорость. Я в октябре наездил штрафов на десять тысяч, почесал затылок — «Нет, Михалыч, так дело не пойдет» — и купил эту штуку. Сейчас перезагружу, послушаем, что она умеет.

После перезагрузки антирадара мы полминуты слушаем мелодичную его трель и перечисление сканируемых частот в исполнении механического женского голоса. Михалыч слушает особенно внимательно: видно, что к этому голосу из машины он давно проникся уважением.

— Все есть, не хватает только беспроводной зарядки, — продолжил таксист. — Чтобы раздавала сразу на все приборы. Технологии-то уже есть, только громоздкие и не все устройства поддерживают. Но уже скоро, совсем чуть-чуть подождать осталось. Помнишь Алису с ее миелофоном? Когда это было, тридцать пять, тридцать лет назад? Я ведь совсем еще шпендиком был, бегал в кинотеатр смотреть ее. Тогда думали: ох, ничего себе! А теперь все это есть, «Алиса, мегафон у меня». Быстро будущее наступило.

— Да, только вот летающих автомобилей пока нет, — вклинился я в его футурологических монолог.

— Почему ты думаешь, что нет? — как-то слишком строго спросил Михалыч и тут же извинился. — Ты извини, что я на «ты». Как говорят: к Богу и царю-батюшке обращаемся на «ты». Если думаешь, что чего-то нет, то, скорее всего, это есть. Я когда в армии служил, все видел ведь. И не только я, а вся наша часть, десять тысяч человек. Такого насмотрелись, ух. Летающие тарелки, сигары — все как на ладони, метров в пятистах от нас. Я служил в 1990-м и уже тогда у нас стояли «Тополя», а Путин только в 2000-м заявил, что, мол, приняли на вооружение. А они уже 10 лет как стояли! Так и с летающими тарелками этими. Испытывают потихоньку. Придет время — рассекретят.

Мне смешно, когда говорят про зеленых человечков, инопланетный разум, внеземные цивилизации… Нет, ну то, что разумная жизнь за пределами нашей системы существует — это неоспоримый факт, все про это давно знают. Уже сейчас открыты тысячи экзопланет только в нашем колене Млечного пути; мы знаем, что у каждой звезды есть эта долбанная экзопланета. И многие, конечно, должны быть обитаемы.

Но зачем им на своих тарелочках преодолевать миллионы парсеков, чтобы прилететь к нам?! Чего они тут не видели? На что тут смотреть? На нас?! Не нужны мы им, мы для них муравьи. Так что когда прочитаешь где-нибудь про летающие тарелки, то сразу имей в виду, что это не братья по разуму, а братья в погонах.

А там и летающие машины появятся, не долго ждать осталось.

Эти

«Тебе не кажется, что мы живем не в Новосибирске, а в каком-то Чуркестане?» — неожиданно спросил лысый таксист с боксерскими ушами. Вопрос, по его мнению, не требовал ответа, поэтому таксист продолжил: «В центре еще туда-суда, но на окраинах-то среди ребятишек ни одного русского лица! Ехал там вчера: играют у дороги десяток этих и среди них затесался один наш».

«На день ВДВ, правда, их не было видно, — продолжил пожилой ксенофоб. — Попрятались по норам как крысы. Но двоих черненьких мы нашли, попинали чуток. А вообще, эти все заполонили, такое чувство, что мы к ним в гости приехали, а не они к нам».

Чувства не обманули таксиста: мы действительно приехали в гости. Доморощенные националисты почему-то забывают о том, что Сибирь — это колония, в пределах которой белый человек появился едва ли не позже, чем в Америке.

Встретите сегодня ксенофоба в Сибири — поздравьте его с днем коренных народов, который прогрессивное человечество отмечает 9 августа.

Таксист

print-taxi

— Куда едем? Ну, да вокзала домчим за десять минут. Ты откуда сам? О, я работал в Новосибирске. А в Красноярске по делам?

Да, я знаю про этот молодежный форум, вожу участников до пристани и обратно. Лекцию, говоришь, читал? Интересно. А девчонки-то там были? Все в коротких шортиках? Сексуальные! А ко мне всё мужики подсаживаются, не везет что-то. Вчера вез двух ваших москвичей, очень плохо им было. Пили, видать, всю ночь. Они рассказывали, что лагерь этот — каникулы по сравнению с «Селигером». Там, говорят, на зарядку выгоняют, пить запрещают — как в армии. У нас-то с этим попроще.

Академгородок ваш зачах уже, как здешний, или держится пока?.. Это хорошо, что не все ученые разбежались. Мы вот все просрали. Институт биофизики наш совсем загибается, никого там не осталось, считай. Я сам университет заканчивал, наукой занимался и многих знаю.

В восьмидесятые работал на космической программе. А друг мой, компьютерщик, инженер, снимает теперь комнатку в своем институте, который давным-давно только арендой и занимается, и там с паяльником сидит, технику чинит. И зарабатывает, представь, нормально… Так-то все у нас нормально.

Как с погодой в Новосибирске? У нас тоже все в дыму было, только-только рассеялся. Я за баранкой ведь подрабатываю, а работаю так-то в МЧС, недавно как раз с пожаров вернулся. Слышал, как в Тыве восемь парашютистов сгорели? Их десантом сбрасывали с техникой, чтобы на земле тушили, они выпрыгнули, приземлиться не успели, как их стеной огня накрыло. Ужас, конечно. Хоронили в закрытых гробах. Или вот еще случай был. Двое умельцев, одному пятьдесят лет, второй — шофер, остановились в поле, чтобы траву жечь, канистру достали, а жара ведь под сорок, там пары вспыхнули — и канистра эта, ты меня извини, звезданулась. Тот, что постарше, погиб, а шофер — в больнице с ожогами. Пожары сейчас везде, в России лес горит, в Америке. Только в Африке не горит.

Почему не получается тушить? Вот ты правильно сказал — нет технических решений. Не умеем еще со стихией бороться. Пена, вертолеты — это же крохи, когда тайга горит.

Хачиков у вас тоже много? Ну да, их теперь везде много. Все, приехали. Сто пятьдесят. А помельче нет? Ну давай тогда без денег, бесплатно тебя довез. Ты парень хороший, береги себя.

Иллюстрация: Алексей Бархатов.