друзья, истории, кино.

Игорь был первым настоящим фанатом «Звездных войн», с которым я познакомился. В девяносто девятом году мы с ним обсуждали «Скрытую угрозу» и ее роль в каноне. Сошлись на том, что история с мидихлорианами — это хорошо, а Джа-Джа Бинкс — плохо.

Уже тогда у него была небольшая коллекция фанатской меморабилии — американское издание оригинальной трилогии на видеокассетах, магнитики с репродукциями плакатов, какие-то футболки и кепки. Вообще, он был фанатом со стажем — из числа тех, кто посмотрел «Звездные войны» еще в восьмидесятых — я, к примеру, это сделал только в девяносто первом году Потом мы перестали часто общаться, но при редких встречах на улице или в онлайне обсуждали, в основном, конечно, любимую звездную тему.

Игорь очень ждал выхода «Пробуждения силы», хотя, как и многие из нас, испытывал смешанные чувства после покупки франшизы «Диснеем». В минувшем сентябре он поздравил меня с днем рождения, добавив свое фирменное пожелание: May the 4th be with you! Эта его фраза в свое время так меня поразила, что выражение the4th стало лет пятнадцать назад моим первым адресом электронной почты.

Это был наш последний разговор. Через полтора месяца Игорь умер. «Пробуждение силы» будем смотреть без него.

кино, политика, рефлексия.

Хороший режиссер Спайк Ли обвинил другого хорошего режиссера Квентина Тарантино в том, что последний фильм последнего — «Джанго освобожденный» — несерьезно изображает рабство и вообще превратил негритянский холокост в спагетти-вестерн.

Я со Спайком не согласен.

Сегодня у зрителей тарантиновского фильма — не важно, живут ли они в Америке или России — есть много источников информации о рабстве. Школьные учебники, художественная литература, пеплу мы, Библия, BDSM-форумы; список можно продолжать. Нет только одного источника сведений — личного опыта.

За последние сто пятьдесят лет рабство более-менее исчезло из поля зрения образованных жителей развитых стран. И хотя оно никуда, на самом деле, не делось и мировой рынок торговли людьми уверенно растет, нам всем удобнее его не замечать.

Мы помним, что был Спартак и его товарищи по команде, мы что-то слышали о бабушке и Юрьевом дне, но потом — и это мы знаем точно — пришли президент Линкольн и император Александр (с его порядковым номером ясности нет) и одновременно отменили рабство с крепостничеством. После этого, правда, случились ГУЛАГ и Освенцим, но мы же взрослые люди и не станем обвинять Сталина и Гитлера в рабовладении.

Память о рабстве выветрилась, а зря. Мы совершенно зря забыли о двух вещах: во-первых, это больно, кроваво и вообще неприятно, а во-вторых, отважные борцы за свободу своего народа появляются только в сказках.

Тарантино наглядно показал эти моменты под аккомпанемент задорного саундтрека.

Пока одних рабов секут и скармливают собакам, другие предпочитают не высовываться. В конце концов, хозяин не такой плохой. Кормит вовремя, дает кров и одежду. Работать, конечно, приходится по двадцать часов в сутки, ну так ведь бог терпел и нам велел. А если хозяин руку поднимет, то это даже хорошо, бьет — значит, любит. Пусть где-то там фрики маршируют за нашу и вашу свободу, толку от них все равно нет, да и платит им, скорее всего, французское правительство, будь оно не ладно. Главное, чтобы хозяин проснулся сегодня с хорошим настроением и не сильно серчал на нас, нерадивых.

Смешно делать глубокомысленные выводы из фильма, где эпизодическую роль играет Дон Джонсон, но, получается, за сто пятьдесят лет мало что изменилось.